Владимир Голышев (golishev) wrote,
Владимир Голышев
golishev

Как их следует за это наказать?

 

Отвечаю: НИКАК

Во-первых, они ничего особенного не сделали.
Амвон - это АРХИТЕКТУРНАЯ ДЕТАЛЬ. И больше НИЧЕГО.
Стояние на амвоне мирянина - обычное дело.

Во-вторых, во всех трёх случаях это происходило не в ходе богослужения.
Царские врата открыты, да. Парни стоят к Святому Престолу жопами. Это некрасиво. Это грубое нарушение церковного этикета. Но если кто-то за столом пукнет, его же не тащат в кутузку, верно? Так и здесь.

Наконец, Рамзан и его нукеры в барашковых шапках - иноверцы.
Плохо? Да. Следует их за это наказать? Нет.
Потому что их притащил на амвон Ашурков (он же "Феофан"). Иноверцы не обязаны знать внутренние регламенты культовых сооружений РПЦ МП. Если парень в нарядном красном платье в цветочек их сюда привёл и предложил встать на это место - вся полнота ответственности лежит на нём.
И если бы Путин с Киркоровым сделали что-то плохое своим стоянием на амвоне (а они ничего особенно плохого не сделали), то виноваты были бы патриарх Алексий Второй и VIP-поп из Ильи Обыденного, а не их дорогие гости.

В общем, если в кого камень и кидать, то в Ашуркова (Кураев! ау!).
Но я бы и в Ашуркова камень не кинул. Потому что подобные фокусы для храмов РПЦ МП - норма.
А чтобы вы в этом убедились, расскажу один случай из своей церковной практики. Обычный такой, ничем не примечательный случай.

Дело было во второй половине 90-х. Я тогда был псаломщиком на одном хорошем московском приходе. Как-то великим постом довелось мне участвовать в гипер-требе - освящении огромного мясоперерабатывающего комбината. Руки у меня чуть не отвалились от многочасового таскания чаши с водой по этажам и переходам. Кропил сам настоятель... Если мне не изменяет память, Великим постом водосвятный молебен не положено служить. Но как не порадеть такому прекрасному и богобоязненному человечку, как директор мясоперерабатывающего комбината! Когда мы отдыхали от трудов праведных в банкетном зале - за коньяком "Реми Мартен" и рыбным столом (не по уставу, конечно, но от чистого ж сердца!), выяснилось, что наш гостепреимный хозяин - единоверец Владимира Иосифовича Ресина. Но такой же прекрасный человек. И верный друг православия. Коробка туго набитая сырокопчеными колбасами и окороками, которую я едва дотащил до машины, развеяла последние сомнения в этом. Коробка предназначалась лично мне. Сколько и в какой валюте получил за праведные труды настоятель мне неизвестно...



В те годы я был аццким ревнителем. И все скоропортящиеся окорока и ветчины раздал непостящимся друзьям. Себе оставил только сырокопчёные палки (и за "мясоперерабатывающим" столом я налегал на помидоры и пил исключительно минералку). Но это так - к слову.

...Между тем, наступило Светлое Христово Воскресение и настоятель вознамерился круто респектнУть новообретённому другу-иудею. Фантазия у настоятеля богатством не отличалась. В итоге, он пригласил директора мясоперерабатывающего комбината в алтарь. Тот немного припух от обилия бородатых мужчин и безусых отроков и робко отполз в соседний предел. И там (в темноте) затаился, как партизан. Присесть он не дерзнул. Что делать в кромешной тьме, когда все нормальные люди веселятся в ярко освященном храме он драматически непонимал.

Между тем, настоятель, наконец, отдуплил - какого дурака он свалял. Но фантазией, напоминаю, настоятель был обделен. Выставить дорогого гостя из алтаря - чтобы стоял с простолюдинами - настоятель не мог (не такое у протоиереев РПЦ МП воспитание!). Статус же кво был катастрофически некомильфо. В итоге, настоятель ничего не придумал и разнервничался: стал путать возгласы, уронил с пюпитра "Служебник", не отдавал, а отшвыривал кадило - в общем, был полон решимости испортить праздник всем окружающим, раз уж испортил его себе (и затаившемуся иудею).

И в этот момент люди в храме хором закричали "Пожар!!! Пожар!!!" Иудей в испуге рванул к престолу. Я еле успел подхватить его под руку и сказать, что-то успокоительное... Горели красные буквы "Х", "Р", "И", "С", "Т", "О", "С" над иконостасом. Короткое замыкание. Староста вовремя сообразил - схватился за рубильник. Лампочки погасли. Язычки пламени лизнули буквы ещё пару раз и превратились в едкий дымок...

Дослуживали литургию при погасшей надписи "ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!" Иудея я благополучно отконвоировал до стоянки и усадил в машину. Лица на нём не было. А настоятель мгновенно успокоился. Возгорание исцелило его мятущуюся душу. Он принял его явно на свой счёт. На "Милости мира" настоятель плакал как маленький. Даже слова молитвы не мог толком произнести - душили рыдания... Он, вообще, чудесный был - наш настоятель. Молитвенный. Сдержаный. Строгий. Изумительно Евангелие читал. Не был он морально готов к большим (по меркам того времени) деньгам. Не знал, как себя вести с щедрыми жертвователями. А уж когда матушка-реституция подарила храму изрядный шмат московской земли, и на нём началось возведение чего-то трёхэтажного, настоятель наш совсем пропал. А я плюнул в сердцах и перешел на другой приход, где оказались те же пасхальные яйца хоть и с другого бока. Но это уже другая история...

Так вот. Таскание дорогих гостей (в том числе, иноверцев) не только на амвон, но и в Святая святых, для РПЦ МП - норма с Бог знает какого "лохматого" года (уж не с 43-го ли?). Я нарочно рассказал совершенно обыденную, ничем не примечательную, историю. Без фанатизма, без жести, без грязи. Хотя и того, и другого, и третьего во внутрицерковных раскладах того (и особенно этого!) времени - вагон и маленькая тележка (одни "американские подвиги" нынешнего ростовского митрополита Венерия чего стоят!)...

Хотел было в заключении ввернуть что-нибудь про "Пусси Райот", да что-то расхотелось.
Гундяевским баранам хоть кол на голове теши.
А нормальные люди и так всё прекрасно понимают...



Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments