Владимир Голышев (golishev) wrote,
Владимир Голышев
golishev

Category:

PERSONAL JESUS: Based On A True Story (27)

Продолжение.
Начало: (1), (2), (3), (4), (5), (6) ,(7), (8), (9), (10),
(11),(12), (13), (14), (15), (16), (17), (18), (19), (20), (21), (22), (23), (24), (25), (26)
Всё в одном месте - http://golishev.livejournal.com/3038110.html

Что мы сделали? Да, в общем-то, ничего особенного. Разобрали текст на составные части, отжали воду, нарисовали портреты героев, определились с их мотивацией, восстановили причинно-следственные связи, прочертили маршрут - и… остались у разбитого корыта. Потому что рассказывать нам не о чем.

По нашим подсчётам Иисус провел в Иерихоне целый сезон, и только два (!) события у евангелистов: один банкет и одно исцеление. Плюс «Преображение» и пикировки с ревнителями, которые мы вернули на место. Но всё равно, это очень и очень мало!

И в Галилее почти ничего не произошло. Больше было разговоров. И в самом начале – в Иерусалиме. Если суммировать тайминг всех событий, о которых рассказали евангелисты, у нас получится меньше месяца. А ведь Иисус провел в Палестине целый год!

О чём это говорит? О том, что евангелисты не только ничего не видели сами, они даже не общались с очевидцами. Представьте, что у вас появилась возможность поговорить с апостолом Петром. А теперь сравните ваше воображаемое огромное интервью с крохотным «Евангелием от Марка», автора которого считают его многолетним переводчиком и секретарём!

Но даже если сделать поправку на несовершенство источников, мы всё равно придём к обескураживающему выводу: Иисус особенно себя не перетруждал. Грубо говоря, он был бездельником. Причём убеждённым! Одна из важнейших тем его проповеди – апология асоциальности. (Пресловутая «протестанская этика» не имеет к Иисусу никакого отношения. Ее реальный вдохновитель – изобретатель «бога христиан», преуспевающий бизнесмен из Тарса, кичившийся своим трудолюбием.)

Разумеется, никто не требует, чтобы Иисус мотыжил землю или давил масло из оливок. Он мог бы претендовать на более престижные вакансии: раввин, целитель, политик, лидер восстания, иудейский царь. Именно в этих амплуа его воспринимали окружающие. А кем он был на самом деле?

Странно, что этот вопрос, вообще, возник. Потому что Иисус говорил о себе постоянно. Он - «Сын Человеческий» (точнее, «сын своего отца» - «вар-авва»). А если со стороны – «божий человек», блаженный. И всё.

Мы не знаем, что предшествовало его появлению на берегу Иордана. Но можем предположить, что состояние блаженства, в котором мы его застали не было Иисусу дано от родждения. Скорее это итог, непростой и насыщенной событиями жизни.

Когда Иисус отказывается признавать допустимость развода – это неспроста.
И когда предлагает юноше раздать имущество и следовать за ним налегке – тоже.
И когда Иисус советует оставить отца на попечение родственников или односельчан (то, что, из-за трудностей перевода, превратилось в жутковатую формулу «предоставь мертвым погребать своих мертвецов») – это очевидный намёк на то, что он сам поступил также.

Если ему 46 лет (по-моему, это очевидно), женщине, которая его родила, должно быть больше 60-ти. И то, если Иисус - первенец. Если последыш – может быть и 70, и больше. Трудно поверить, что женщина такого преклонного возраста пересекла пешком пустыню, шагая наравне с мужчинами! Скорее всего, Иисус пришел на праздник в Иерусалим с братьями, а женщина, которая его родила, осталась дома. И когда братья хотели его забрать после скандала в Иерусалимском храме, они лишь напомнили о ней - чтобы его пристыдить или разжалобить.

Эта версия позволяет иначе взглянуть на сцену отречения от родни. Всё-таки трудно себе представить Иисуса отталкивающего от себя рыдающую старуху. Совсем другое дело отречение от самой идеи «семейных ценностей», отказ признавать себя их рабом. К этому же он призывает и своего ученика…

Мы не можем сказать точно: в какой момент Иисус отказался от имущества и высокого социального положения. У нас нет на этот счёт никакой информации. Есть только контуры образа, который складывается здесь и сейчас. И творческая интуиция. Я, например, готов поверить в то, что на берегу Иордана появился человек, надломленный внутренне, но внешне - вполне благополучный.

Он пришел в компании братьев. Значит, для них он – как минимум, не парий. В галилейских притчах Иисуса постоянно присутствует сельский антураж и образ владельца хозяйства. Он нанимает работников, конфликтует с арендаторами, принимает в объятия загулявшего сына. Возраст у Иисуса подходящий. Мне кажется, довольно просто его представить землевладельцем где-нибудь в Египте.

На момент паломничества он, должно быть, переживал мировоззренческий и ценностный кризис. И резкость, с которой он отреагировал на предложение очиститься от грехов в воде Иордана, отлично передаёт его взвинченное состояние…

В этом месте напрашивается лав стори. Вариантов, конечно, множество. Но если исходить из его убеждения о недопустимости разводов, самый убедительный вариант – «бес в ребро».

Бурный роман с юной красоткой. Развод с прежней женой. Та, предоставленная сама себе, заканчивает плохо. Красотка оказывается стервой или резко наскучивает. Похмелье. Разбитое корыто. Угрызения совести.

При этом, он всё делал по правилам. И, с точки зрения Закона, ни в чём не согрешил.
«Как же так? Душу загубил, жизнь не мила, а греха на мне нет?»

Какой-то такой приквел напрашивается.

А потом сатори в водах Иордана. На берег выходит уже совсем другой человек...

Такого Иисуса я понимаю. Он как сухой лист – летит, куда дует ветер. Или лежит, если ветра нет. Может год на одном месте лежать, не обращая внимания на протекающее мимо время.

В «Евангелии от Фомы» есть удивительная заповедь из двух слов. В ней в концентрированном виде изложено вообще всё учение Иисуса.

«БУДЬТЕ ПРОХОЖИМИ».

Сейчас нашего прохожего забросило на 250 метров ниже уровня моря, в город, который «британские учёные» называют «самым древним на Земле» (Иерихону якобы 10 000 лет).

Почему бы и нет?

Хорошее место, чтобы встретить восходящее солнце, преломить хлеб, наблюдать за играющими детьми, потрепаться за жизнь с простецом, потроллить умника, послушать сверчков и лечь спать. И не считать прошедший день потерянным…

Этот урок для апостолов оказался слишком трудным.

От Иерихона до Вифании около 50 км. Один день пути: утром вышел, вечером – на месте.
Иуда и Мария полгода не были дома, не видели отца, брата, сестру. Слишком сильное искушение...

А когда ты дома, тебе уже нужен мотив, чтобы вернуться в Иерихон, в котором… ничего не происходит. А здесь - стареющий сентиментальный отец, хозяйство, требующее внимательных глаз и умелых рук, друзья и соседи, детские воспоминания и девичьи грёзы.

Даже если они возвращались к Иисусу в Иерихон, находились там недолго. Их не было во время прогулки на безымянную гору. И в двух иерихонских эпизодах, описанных евангелистами, остро чувствуется отсутствие Иуды Фомы.

Первый эпизод - банкет в доме мытаря Закхея.

В отличие от Иисуса и галилейскх оболтусов, Иуда Фома отлично знал, насколько это неподходящая компания. Времени для того, чтобы сорвать скандальную пьянку было предостаточно, но он этого не сделал. Почему? Потому что его там не было. Другого объяснения не нахожу.

Второй эпизод еще более вопиющий.

Приходят в Иерихон. И когда выходил Он из Иерихона с учениками Своими и множеством народа, Вартимей, сын Тимеев, слепой сидел у дороги, прося милостыни.
Услышав, что это Иисус Назорей, он начал кричать и говорить: Иисус, Сын Давидов! помилуй меня.
Многие заставляли его молчать; но он еще более стал кричать: Сын Давидов! помилуй меня.
Иисус остановился и велел его позвать. Зовут слепого и говорят ему: не бойся, вставай, зовет тебя.
Он сбросил с себя верхнюю одежду, встал и пришел к Иисусу.
Отвечая ему, Иисус спросил: чего ты хочешь от Меня? Слепой сказал Ему: Учитель! чтобы мне прозреть.
Иисус сказал ему: иди, вера твоя спасла тебя. И он тотчас прозрел и пошел за Иисусом по дороге.


Это, пожалуй, единственный случай, когда можно говорить об инсценировке в духе к/ф «Праздник Святого Йоргена» («Брось костыли!»).

«Тимей» - герой одноимённого трактата Платона, в уста которого философ вложил свои мысли об устройстве Вселенной и человека. То есть, слепец, названный в "Евангелии от Марка" «сын Тимея» - это довольно откровенная и грубая насмешка над античной учёностью. Греческого автора «Евангелия от Луки» она покоробила, и в его версии слепец лишился "имени".

Но соль сцены, конечно же, не в имени, и не в «исцелении», а в том, какие слова «слепец» при этом кричал.

«Сын Давидов» - это всё равно, что «Царь Иудейский». Именно такие вопли заставил Иисуса «как бы тайно» покинуть Галилею. И вот опять...

Нетрудно догадаться, что всё это – инсценировка. Можно даже назвать заказчиков – братья Воанергес (ну не Пётр же!). Судя по описанию, «слепой» - аферист-профи. Знакомство состоялось за стаканчиком вина. Братья посетовали, что их лидер околачивает груши. Проныра предложил за скромную мзду организовать небольшое шоу. Ударили по рукам.

Жулик даже не особенно старался избежать палева. Нарочно уселся там, где должен был проходить Иисус и, по команде заказчиков, заголосил: «Ооо!!! Глазами не вижу, но сердцем чую – идёт мимо будущий президент Российской Федерации, который свергнет к чёртовой матери нынешнее преступное руководство! Банду Путина под суд! Иисус - наш президент!»

Иисус просит его привести - и «нищий», скинув норковую шубу («верхнюю одежду»), уже бежит, чтобы «бросить костыли», прокричать еще громче о том, что «Сын!!! Давидов!!!» его «исцелил!!!», и потом еще какое-то время преследовать его, как Паниковский - Корейко…

Весь этот нелепый и очень опасный балаган ни за что не состоялся бы, если б Иуда Фома находился в Иерихоне . Возможно, именно этот эпизод стал последней каплей…

Накануне Хануки он вместе с Марией разработал дерзкий план эвакуации Иисуса из Иерихона в Вифанию.

Помните, как красиво они вывели Иисуса из Галилеи? Новый план гораздо круче!
Главная роль в нём отведена не Марии, а Лазарю…

Продолжение следует.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments